Укрепление власти России

Конец великодержавной Швеции и жизнь в качестве российских подданных (18 век)

После смерти короля Карла XI в 1697 году правителем Швеции стал 15-летний Карл XII. Соседние государства увидели для себя возможность получить реванш и объединили силы против Швеции. Началась великая Северная война, решающая битва которой произошла в Полтаве в 1709 году. Армия Петра Первого разбила шведов, и Карл XII бежал в Турцию. После Полтавской победы для Петра Первого открылся путь для завоевания берегов Невы и почти всей Финляндии. Начался период оккупации и террора, получивший название большой ненависти или великого лихолетья. Петр Первый издал указ о необходимости систематического разорения и опустошения провинции Похьянмаа, и казачьи отряды верно выполняли приказ.

Великая Северная война и годы великого лихолетья еще не привели к окончательному завоеванию всей Финляндии, несмотря на то, что российские войска оставили после себя разоренную и выжженную землю. Война закончилась в 1721 году заключением Ништадского мира, по которому граница переместилась к западу от Выборга. Швеция при поддержке Франции пыталась добиться от России реванша спустя двадцать лет. Военный поход, известный под названием Война шляп, потерпел полную неудачу, что привело к т.н. «малому лихолетью», оккупации южной Финляндии и перемещению границы до реки Кюмийоки после заключения Абоского мира в 1743 году. Часть территории отошла России, и в Российской Карелии появилась Выборгская губерния, а позже регион, названный Старой Финляндией.  Граница к северу от Ладожского озера все время оставалась на том месте, где ее провели в соответствии с Тявзинским мирным договором в 1595 году.

Известно, что в годы великой Северной войны 1700–1721 из Кайнуу люди бежали в Беломорскую Карелию от голода и террора русских войск. Особенно Вокнаволок, Ухтуа и близлежащие деревни получили новых жителей со стороны Финляндии. В сохранившихся судебных книгах Палтамо и Соткамо 1717 и 1720 годов упоминается о том, голод заставил сотни человек перебраться из Кайнуу в Беломорскую Карелию. Несмотря на поток беженцев в 1718 году финские крестьяне совершили под руководством партизанского предводителя Энберга разрушительный грабительский поход в Беломорскую Карелию. По преданию, например, Ухтуа уничтожили полностью, там сожгли все дома до единого. Так жителям Беломорской Карелии отомстили за террор казаков Петра Первого. В результате грабительского похода от ранее переселившихся в Беломорскую Карелию финнов потребовали в 1722 году, чтобы они позволили покрестить их в православную веру и продемонстрировать таким образом свою лояльность российским властям и православной церкви.

Традиционный карельский уклад жизни сохранился в 18 веке в присоединенной к России Старой Финляндии и в остальной части Карелии. Ухудшение положения крестьян Старой Финляндии было связано с практикой донационного землевладения, согласно которой представители высшего сословия в награду за службу получали от государя крупные наделы на завоеванных территориях, а положение крестьян, проживавших на этих пожалованных землях, почти сравнялось с положением русских крепостных крестьян. Для православного населения Карелии присоединение к России означало свободу вероисповедания. Развитию промыслов в Старой Финляндии способствовала близость Санкт-Петербурга, где был спрос на продукты, строительные товары и дрова. Беломорские торговцы тоже ездили в торговые поездки и за товаром в Санкт-Петербург.

Торговля карелов в Финляндии продолжалась в течение всего 18 века. Шведские короли хотели сосредоточить торговлю в основанных ими в начале 17 века городах Оулу, Торнио и Каяни. Торговля велась и на других ярмарках в Похьянмаа. Торговцы приезжали в Похьянмаа два раза в год, в самом начале лета проводилась большая лососевая ярмарка, а зимой торговали пушниной. Жители Оулу стремились привлечь карельских торговцев в свой город, в котором в 1647 году была основана специальная русская ярмарка.

Помимо городов и ярмарок карелы к неудовольствию городских бюргеров и властей Швеции стремились расширить свою деятельность и торговать в сельской местности напрямую, приходя в крестьянские дома, пасторские имения и казенные учреждения. В 18 веке в пасторском доме в Похьянмаа можно было найти проданные карельским купцом и завезенные через Архангельск голландское полотно и даже персидский шелк.

Карелов обвиняли в том, что они скупают в Северной Финляндии все меха. С точки зрения охотников на пушного зверя в Похьянмаа и Лапландии, возможно, это порождало здоровую конкуренцию на ярмарках, на которых карельские торговцы скупали большую часть самых ценных мехов и перепродавали их дальше по своим торговым каналам. Такая ситуация продержалась до середины 18 века.

По мере развития транспортных связей в 18 веке Похьянмаа и Лапландия оказались в сфере торговых связей региона Балтийского моря, и у карельских торговцев появились конкуренты с более выгодными по цене товарами. В то же время в Северной Похьянмаа и лесной Лапландии увеличилось количество финских жителей, популяция пушных зверей стала быстро сокращаться и за несколько десятилетий торговля пушниной почти прекратилась. Тем не менее наряду с торговлей тканями и галантерейными товарами торговля пушниной сохранялась в качестве предпринимательской деятельности беломорских купцов до самого начала 20 века.